Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
20:08 

Fix you (Klaine, St.Berry, St.Hummel, NC-17. Глава 13.

Romanastasia
There's nothing more badass than being yourself (c)


Название: Fix you.
Автор: Romashka.
Рейтинг: NC-17.
Размер: планируется макси.
Пейринг: Klaine, St.Hummel, St.Berry
Жанр: romance, drama, humour, angst.
Статус: в процессе
Дисклеймер: все райано-мерфировское.
Аннотация: Иногда, получив все, о чем он мечтал, человек теряет самое главное – самого себя.
Размещение: с разрешения + шапка обязательна.
Саундтрек: Coldplay – Fix you.
От автора: К каждой главе прилагается несколько саундтреков, цитаты из песен будут мелькать среди абзацев. Не поленитесь включить эти песни, когда будете читать – поверьте, это поможет вам окунуться в атмосферу происходящего.

13 глава. Too much talking/Слишком много разговоров.



Промозглый туман в эти дни был привычным делом. Ноябрь месяц выдался на редкость отвратительным, и северные циклоны, которые расползлись над Огайо, успели добраться даже до Нью-Йорка. Мегаполис впал в спячку. Укрывшись ковром из зонтиков, он вяло мерцал в темноте. Его некогда привлекающие внимание огни казались пятнами краски, наложенными неумелой рукой художника-любителя. Движение на дорогах было вялым, заторможенным. В это время года в такси, помимо барахлившего радио, часто можно было услышать недовольное ворчание - водители не уставали ругать мокрые дороги и непрекращающийся дождь, который висел дымкой в холодном воздухе, что обжигал легкие при каждом вдохе. Огромный муравейник под названием Нью-Йорк, серый и промозглый, насквозь пропитался сыростью, и Курт, стоя у приоткрытой форточки, зябко поежился и поплотнее запахнулся в свой шерстяной свитер. Из его рта то и дело вырывался белый пар, тут же растворяющийся и уходящий в небо, грозно нависшее над городом.
- Курт, перерыв окончен.
Голос Джеймса звучал словно бы издалека. Курт медленно выдохнул. У него было тяжело на сердце. Как если бы грозовые тучи поселились внутри него, внося суматоху и хаос в хрупкую душевную гармонию.
- Курт?
Рука Джеймса накрыла его плечо, и парень вздрогнул, неуверенно переведя взгляд на мужчину.
- С тобой все в порядке?
Ох уж этот вечный вопрос.
- Да. Просто задумался.
- Не переживай. Все пройдет отлично, - подбодрил его директор мюзикла и, похлопав по спине, удалился, напоследок еще раз напомнив о времени. Курт отчего-то и сам знал, что «все пройдет отлично». Его, конечно, частенько била нервная дрожь, и начинало тошнить от одной мысли о грядущем дебюте, но в эту секунду переживания к предстоящему дебюту не относились. Было что-то еще. И это что-то Курту очень не нравилось. В какой-то момент ему стало тяжело дышать, и он, в коротком приступе паники, положил ладонь на сердце. Он всегда так делал, когда не мог справиться с волнением. Считал удары. Сейчас они были неровными. Один длинный, три коротких, пауза, длинный, три коротких…
- Курт!
Хаммел мысленно выругался, но захлопнул окно и, с готовностью развернувшись на каблуках, быстрым шагом направился в зал, наслаждаясь последними минутами, проведенными в темных уютных коридорах театра.
- Ты следующий, - оповестила его Анна, когда он поднялся на сцену. Он улыбнулся и с благодарностью кивнул, пока еще не доверяя голосу. Затем оглянулся, чтобы убедиться, что Джеймс занят Тревором, и, усевшись рядом с Анной, украдкой полез в сумку. На дисплее мобильного телефона горела надпись о новом входящем сообщении, которое, однако, пришло еще сорок минут назад.
«Как поживает мой невообразимо талантливый бойфренд? Я уже выехал из дома. Утром буду в Нью-Йорке. Ужасно соскучился».
Необъяснимая тревога уступила место привычной теплой радости. Блейн уезжал на выходные в Лайму, чтобы поздравить любимую матушку с очередным сороковым Днем Рождения. Миссис Андерсон удивительным образом застряла в этом возрасте и упорно не желала с ним расставаться уже, кажется, пятый год подряд. Курт не возражал против поездки Блейна на родину, но невольно боялся, что тот не успеет на премьеру. Выступать с дебютом на сцене настоящего бродвейского театра Курт предпочел бы со знанием того, что его любимый не сводит с него глаз из зрительного зала. К счастью, Блейну не было нужды задерживаться дома слишком долго. И он уже мчался обратно, чтобы вернуться в Нью-Йорк за два дня до премьеры. К тому же, выходные уже почти закончились, а Блейну, в отличие от Хаммела, еще нужно было посещать занятия в колледже. Выбора, так или иначе, не было.
- Курт, вперед и с песней, - окликнул его Джеймс. Курт запихнул телефон обратно и решительно поднялся с места.
К следующему перерыву он был уже вымотан. Джеймс не знал таких слов, как «поблажка» или «снисхождение». Он гонял своих ребят до умопомрачения, и хотя Курт наслаждался процессом, после каждой репетиции ему хотелось бросить все к чертовой матери и, свернувшись клубочком, спокойно умереть от усталости. Горло пересохло, мышцы ныли, и это после стольких тренировок! Но зато он был доволен собой, и, что бы там ни говорил Джеймс, он знал - директор также удовлетворен проделанной Куртом работой.
Медленно выдохнув и сполоснув лицо водой в маленькой уборной, Курт вернулся к сумке, чтобы взять телефон и снова занять место у излюбленного окна. Он намеревался позвонить Блейну, сказать ему, что тоже скучает, но сердце ушло в пятки, стоило Курту увидеть количество пропущенных звонков. Не сводя глаз с дисплея, он почти на ощупь добрался до внутренних помещений театра, чтобы скрыться от чужих глаз. И заставил себя нажать на вызов. Кэрол ответила сразу.
- Привет, ты звонила? Что случилось?
- Твой отец… - дрожащим голосом произнесла женщина. Курт рукой нашарил стену, чтобы не упасть. Голова начинала опасно кружиться. Тук-тук-тук, сердце билось о грудную клетку, словно птица, отчаянно пытающаяся вырваться на свободу. Голос Кэрол был слабым, и Курт в одно короткое мгновение понял – произошло нечто непоправимое. – Твой отец…
- Кэрол, тише, что… - голос Курта и сам предательски задрожал, ему пришлось прокашляться. – В чем дело? Что случилось?
- Твой отец в больнице, его… Его госпитализировали…
Именно это ощущение, кажется, описывают как «земля ушла из-под ног». Стена была гладкой, без единого выступа, ни дверей, ни окон, зацепиться было не за то. И Курту пришлось очень постараться, чтобы не упасть. Он уткнулся спиной в стену и прижал ладонь ко рту. Лихорадочные мысли переполняли кипящий мозг, но страх мешал думать, и мысли выходили, обрывочными.
- Он… Его… Он… Как… - вырывались из его горла непонятные хрипы. Кэрол тяжело дышала, но вскоре затих и этот звук. Трубку взял Финн. К счастью, Хадсону хватало выдержки, чтобы сделать то, чего Кэрол не смогла – объяснить.
- Он был за рулем, когда его подрезал какой-то автомобиль. Он... Он выпустил руль, и машина слетела с дороги. Травм почти нет, но сердце его подвело и работает теперь с перебоями. Он жив, но… Берт в коме, Курт, - севшим голосом проговорил Финн. Наверное, он читал с листка, уж больно складно все звучало. В ушах Курта стояло эхо от его слов, и он пытался вникнуть в суть. Получалось плохо. В самом деле, не могло этого произойти. Наверное, Финн решил неудачно пошутить. Однако на календаре было не первое апреля, и под кожу Курта медленно проникал леденящий ужас, с которым он не мог бороться. Он знал, насколько малы были шансы отца выкарабкаться из комы во второй раз.
- Он… А как же… Ему должны сделать операцию на следующей неделе… - прошептал он. Финн помедлил.
- На следующей неделе, - наконец, повторил он вслед за Куртом. – Не раньше. Доктора обещали сделать все возможное, чтобы он продержался до этого срока.
Курт чувствовал пульсацию сердца даже в пальцах рук. Она захватила его полностью, не давая дышать, и он прикрыл глаза. Когда Курт открыл их вновь, то увидел лишь знакомый потолок.
Часы мерно тикали, но помимо этого робкого звука в комнате стояла гулкая тишина. Он медленно выдохнул скопившийся в легких воздух и заморгал, окончательно просыпаясь. Но сон его не оставил. И Курт до сих пор чувствовал всю боль и страх, которой он был пронизан. Он задышал глубоко и принялся шарить рукой по кровати. Нащупав ладонь спящего Блейна, сжал ее. Блейн что-то пробормотал во сне и сонно разлепил глаза, моментально очнувшись ото сна. Вероятно, сегодня ему спалось тоже не очень хорошо.
- Курт?
Его голос звучал сипло, но взгляд был осмысленным, и спустя пару секунд Андерсон приподнялся на локтях.
- Плохой сон? – спросил он, вытирая ладонью его мокрое лицо. Курт только сейчас понял, что все это время беззвучно плакал.
- Да, - произнес Курт едва слышно. И добавил, – воспоминание.
- Как ты? В порядке?
Курт невольно вздрогнул, услышав вопрос. Блейн не спросил, о каком воспоминании шла речь. Он уже не пытался ничего выведать, будто смирился с нежеланием Курта делиться сокровенным. Но в этот раз он ошибся. В груди Курта вновь образовался привычный узел, и он бы все отдал, чтобы распутать его раз и навсегда. Но сейчас в его силах было лишь немного его ослабить.
- День, когда отца госпитализировали. И как Кэрол с Финном звонили… - он зажмурился на мгновение. – Иногда снится. Я как будто вновь переживаю это все. Каждую секунду.
Он провел ладонью по лбу и медленно придвинулся к Блейну, чтобы настойчиво ткнуться носом ему в грудь и прижаться к парню всем дрожащим телом. Блейн обхватил его своими большими руками и поцеловал в макушку, с наслаждением вдыхая аромат его шампуня. Но внутри него все также сжалось от ужаса.
- Ты не виноват, - шепотом проговорил он. Курт хмыкнул, и оттого местечка, которого коснулось его горячее дыхание, по телу Блейна разбежались мурашки.
- Я виноват в том, что оставил его. В том, что не приехал. Знаешь, Кэрол как-то сказала, что он бормотал мое имя в бессознательном состоянии. Может, окажись я рядом, он бы сумел продержаться, - Курт погладил подушечками пальцев плечо Блейна. Такие простые движения его успокаивали. – Но в том, что он оказался в больнице, виноват лишь незнакомец, что сидел за рулем второго автомобиля. Который несся куда-то, не глядя по сторонам. И я готов поклясться, этот человек даже не подозревает, сколько горя принесла кому-то его беспечность.
Голос Курта становился все тише и тише, пока парень не умолк окончательно, прикрыв глаза и наслаждаясь минутами покоя в чужих объятиях.
- Курт, - Блейн сглотнул образовавшийся в горле комок и опустил голову. Курт улыбнулся. Блейн иногда воспринимал все еще ближе к сердцу, чем он сам. Пока Блейн лихорадочно подбирал слова, Курт перевернулся на спину, поудобнее устроившись на его груди, словно на подушке, и приоткрыл глаза, чтобы глянуть на висящие на стене часы. – Курт, мне надо кое-что тебе…
- Черт подери!
Блейн вздрогнул от неожиданности, услышав громкий возглас. Курт мигом стряхнул с себя сонное оцепенение и принялся поспешно выпутываться из одеяла, смешно махая руками.
- Репетиция! – коротко объяснил он притихшему озадаченному Блейну. – Прости, ты что-то говорил?
- Мне заехать за тобой после репетиции? – улыбнулся через силу Блейн. Курт на мгновение замер у двери. – Мы могли бы сходить на свидание.
«Свидание». Курт слабо улыбнулся. Он уже сто лет не был на свиданиях, и это слово вызывало в нем трепет.
- Конечно. Конечно, я только за.
- Тогда поспеши на репетицию, не хочу везти в ресторан твою безданное тело.
- А? – Курт непонимающе моргнул, а Блейн, вдруг осознав неуместность шутки, поспешил извиниться.
- Прости. Не подумал. Я не должен так шутить.
Курт мотнул головой.
- Всего лишь шутка, - пожал плечами Курт. – Так, что ты имел ввиду?
- Джеймса, - пробурчал неохотно Блейн. И Курт, поняв, наконец, рассмеялся, а затем, послав Блейну напоследок воздушный поцелуй, скрылся в ванной. Когда Хаммел покинул комнату, Блейн еще несколько долгих мгновений смотрел в никуда, не моргая и почти не дыша, затем покачал головой и с тихим стоном упал обратно на кровать, накрывая ладонями лицо. Все было очень-очень сложно. 
___________________________________

Джеймс с понимающим видом отпустил Курта на полчаса пораньше, когда на пороге театра появился сияющий, словно начищенный самовар, Блейн. Андерсон о чем-то невозмутимо болтал с директором мюзикла, пока Курт переодевался в гримерке, затем чинно взял появившегося Курта под руку и вывел на улицу. Курт, успевший в последний момент обернуться, увидел, как Джеймс ему подмигивает, и улыбнулся в ответ. Дорогу до ресторана Курт помнил смутно. Блейн до последнего не говорил, куда они едут, и лишь когда они взъезжали на парковку, Курт заметил неподалеку яркую вывеску французского ресторана, где однажды праздновал свой День Рождения Мартин. Цены здесь были заоблачные, поэтому Курт сразу предупредил Андерсона:
- Даже не думай оплачивать счет сам.
Блейн насмешливо фыркнул, но Курт еще не закончил свою мысль. Когда метрдотель, щуплый седовласый мужчина, как это принято, проводил их к столику, Курт продолжил с того, на чем остановился.
- Нет, я серьезно, Блейн. У нас с тобой не первое свидание, не нужно строить из себя джентльмена. К тому же, я лично выписываю тебе чеки, так что, по существу, эти деньги наши общие.
- Это не единственная моя работа, - оскорбился Блейн, и Курт прикусил язык.
- Я знаю. Я имею ввиду, тебе не нужно ничего делать, чтобы меня удивить или…
- У меня преимущественное право на все, что касается траты денег. За исключением, шопинга, конечно.
- У тебя навязчивая потребность, а не право, - пробурчал Курт. – Называй как хочешь, да только я все равно не дам тебе за все это платить.
- У тебя нет выбора. Я твой парень, и я заплачу за ужин так же, как делал это всегда.
Курт вздохнул. Крыть было нечем. За все время, то они встречались, Курт оплатил счет лишь однажды. И то лишь потому, что растяпа Блейн, впопыхах собиравшийся на свидание, забыл кошелек. Для Андерсона было делом чести потратить деньги на Курта. Курт считал это глупым мужским и вряд ли у Курта был сегодня хотя бы шанс заставить его передумать.
- Ладно, - буркнул он, раскрыв меню. Бархатная обложка приятно щекотала подушечки пальцев. Блейн широко улыбнулся, довольный своей аленькой победой. Некоторое время они изучали список блюд. Блейн то и дело задавал вопросы. К иностранным языкам у него никогда не было особых способностей. Французский язык он так и не доучил, а уж про французскую кухню знал по минимуму, так что теперь озадаченно вчитывался в странные названия. Курт оценил тот факт, что Блейн, тем не менее, привез его именно в этот ресторан, помня про нежную любовь Курта к Франции и не задумываясь о собственных неудобствах.
Когда заказ был сделан, Блейн попросил бутылку вина и пару мгновений рассматривал лицо Курта, покусывая губы. Хаммел вопросительно вскинул брови.



- Не уверен, что уместно задавать этот вопрос… - начал Блейн. Курт пожал плечами.
- В нашем случае уж уже все уместно. Спрашивай.
Блейн подпер лицо кулаком.
- У тебя были парни? После меня.

I can't stand to fly/Я не умею летать
I'm not that naive/Я не настолько наивен
I'm just out to find/Я всего лишь пытаюсь
The better part of me/Найти лучшее в себе


Курт не очень удивился вопросу. Рано или поздно, эта тема всплыла бы на поверхность, и он ощущал смутное удовлетворение оттого, что это произошло именно сейчас. Он аккуратно сложил руки на столе, подобно примерному ученику частной школы, и медленно кивнул головой.
- Трое. Один до того, как я заразился ВИЧ, и двое после.
- Почему ты с ними расстался?
Блейн чуть наклонился вперед. Видимо, эти вопросы давно не давали ему покоя, и сейчас он был немного нетерпелив. Курт даже мог с точностью сказать, почему Блейн не спрашивал раньше, однако дела это не меняло. Несмотря на то, что он был готов к расспросам, ему все равно не очень хотелось вспоминать тот странный период в его жизни.
- Первым был Нил, - произнес он. В глазах его мелькнуло что-то похожее на почти забытую тоску. – Где-то через полтора года после нашего расставания. Он был замечательным. Думаю, он действительно меня любил. Но он был похож на тебя, очень, и в этом была вся проблема. Я чувствовал себя так, словно использую парня, который и сам это понимает, но не в силах от меня уйти.

I'm more than a bird…I'm more than a plane/Я больше, чем просто птица, самолет
More than some pretty face beside a train/Или симпатичное лицо в окошке поезда
It's not easy to be me/Не так-то просто быть мной


- И ты сделал это сам? – догадался Блейн. Курт кивнул.
- Я сделал это сам, - подтвердил он. – Надеюсь, у него сложилось все хорошо. Он этого заслуживает.
- А остальные двое?
- Один ушел через две минуты после того, как я сказал, что у меня ВИЧ. Другой продержался два с половиной месяца, но тоже не выдержал.
Курт не сожалел о произошедшем. Это была хорошая школа жизни. Сейчас он с трудом вспоминал имена тех парней, понимая, что после них остался лишь горький, но такой нужный опыт. Блейн пробарабанил пальцами по столу.
- Значит, он тебя не любил. Любил бы, не ушел.
Курт поднял глаза в изумлении, чувствуя, как набирает обороты сердце. Ему показалось или он только что услышал от Блейна завуалированное признание? Андерсон не спешил объясняться, только улыбнулся, и Курт смущенно опустил глаза, вертя в руках салфетку.

It may sound absurd…but don't be naive/Может, это звучит глупо, но не будь наивной
Even Heroes have the right to bleed/Даже героям бывает больно


- А у тебя после меня были парни? – спросил он, чтобы не молчать, подобно последнему идиоту.
- Уйма. Сменяли друг друга как на конвейере. До секса, конечно, доходило редко, - поспешно добавил он, приметив нехороший блеск в глазах Курта. – Но тем не менее. Я постоянно находился в поиске. И сейчас понимаю, что это было крайне глупо.
Курт не знал, было это глупо или нет. Ему сложно было судить кого-то за то, что для него самого было несвойственно, и он предпочел не развивать эту тему. Блейн, казалось, все еще пребывал в некотором замешательстве, и Курт понимающе улыбнулся, осознав, что его вопросы не иссякли.
- Блейн, если ты хочешь что-то спросить, спрашивай, ладно? Я могу не ответить именно сейчас, но, по крайней мере, я буду знать, что тебя волнует.
- Я просто не уверен, что это подходящее место для подобных разговоров, - признался Блейн.
- Меня успокаивает такая обстановка, - возразил Курт. – Когда я не нахожусь дома, мне легче представить, что я рассказываю чужую историю. Спрашивай.
- Ладно, - вздохнул Андерсон и, поерзав на стуле, понизил голос. – Ты знаешь, кто тебя заразил?
Курт оглянулся на те дни, которые остались в его памяти чередой неясных быстро сменяющихся друг друга картинок. Сумасшедшие дни, не в лучшем смысле этого слова.

Even Heroes have the right to dream/Даже герои имеют право мечтать
It's not easy to be me/Не так-то просто быть мной


- Думаю, да, - тихо ответил Курт. – У меня были постоянные бойфренды, но я несколько раз менял партнеров, когда не состоял в отношениях. Думаю, я уже упоминал об этом.
- Да, - кивнул Блейн. Он прекрасно помнил тот непростой разговор.
- Я никогда не ложился в постель с малознакомыми парнями, да и знакомыми тоже, без презервативов. И лишь однажды дурацкий контрацептив меня подвел.
- Он порвался? – произнес Блейн. Легко было догадаться, в общем-то. Курт огорченно хмыкнул.
- Ага. Я подумал, с кем не бывает, в конце концов. Тот парень был моим хорошим знакомым. Он не слишком-то походил на гуляку, и я не придал этому значения. Возможно, я ошибаюсь. Но ничего подобного со мной больше ни разу не приключалось, и это кажется мне самым простым объяснением.

I can't stand to fly/Я не умею летать
I'm not that naive/Я не настолько наивен
Men weren't meant to ride/Людям не дано ездить
With clouds between their knees/Оседлав облака


Блейн сцепил ладони, вытянув руки вперед, и медленно выдохнул, не сводя с Курта глаз. Курт не знал, о чем тот думал. Он чувствовал некоторое смущение, отвечая на вопрос, но не видел причин сильно волноваться.
- Мне нравится это, - произнес вдруг Андерсон. Курт вскинул голову.
- Что именно?
- Твоя честность. То, что ты не боишься казаться уязвимым.
- Ну, должен же я быть честным хоть с кем-то. И ты пока единственный, кто подходит на эту роль, так что, можешь собой гордиться, - улыбнулся Курт. Блейн склонил голову, но не смог скрыть ответной улыбки. Он несколько секунд рассматривал лицо Курта, затем вздохнул.

I'm only a man in a funny red sheet/Я всего лишь мужчина в глупой красной простыне
Looking for special things inside of me/Который ищет что-то особенное в самом себе
I'm only a man in a funny red sheet/ Я всего лишь мужчина в глупой красной простыне
And it's not easy to be me/И не так-то просто быть мной


- Мне сейчас очень хочется тебя поцеловать, - признался он тихо.
- Ну, так поцелуй, - кокетливо отозвался Курт. Блейн вопросительно приподнял одну бровь.
- Зрители не смущают?
- В тот единственный раз, когда я здесь был, нашей компании посчастливилось увидеть двух целующихся лесбиянок. Видимо, никого здесь это не волнует. Так что, будь добр, оторви свой очаровательный зад от стула и поцелуй меня уже, наконец.
Блейн сорвался с места, чтобы поскорее исполнить требование сидящего напротив парня. Заказа им еще не принесли, и стол был пуст, поэтому Блейн беспрепятственно смог облокотиться на столешницу и преодолеть небольшое расстояние, что разделяло их с Куртом. Хаммел в нетерпении потянулся навстречу, и совсем скоро их губы встретились. Блейн, посмеиваясь, принялся дразнить Курта своим языком, и тот, сердито фыркнув, нахально прекратил эти игры. Они целовались самозабвенно и глубоко несколько бесконечно долгих минут, совершенно позабыв о том, где находятся, и прервались, лишь услышав вежливое покашливание. Покраснев, Курт вернулся на место. Официант изо всех сил пытался сохранить на лице равнодушное выражение лица, но скрыть свое смущение ему не удалось. Блейн виновато улыбнулся. Курт закатил глаза. Они ни о чем не жалели.
Вернувшись домой, Курт первым делом проверил почтовый ящик. В нем обнаружилась очередная стопочка писем, и Курту пришлось заручиться помощью Блейна, потому что его двух рук не хватало на то, чтобы удержать все эти конверты. Блейн был подозрительно тих всю дорогу. И сейчас он не произнес ни слова, послушно прижав к груди кучу бумаги и наблюдая за Куртом странным взглядом.
- Тебе больше не приходит писем с угрозами? – спросил Андерсон, когда Курт, стащив с себя пальто, стал разглядывать конверты один за другим. Тот покачал головой.
- Видимо, мой анонимный психованный фанат успокоился. Надеюсь, он нашел себе новую жертву. Рейчел, например. Может, она тогда забудет про свою свадьбу.
Блейн облегченно вздохнул. По правде говоря, его невероятно напрягала вся эта история с угрозами, хотя беспечность и легкомысленность Курта волновали его куда больше.
- Надеюсь, письма больше не появятся. И никто больше не будет громить мою квартиру, - продолжил развивать свою мысль Курт, раздеваясь на ходу. День выдался насыщенным, часы уже показывали час ночи, и дико хотелось спать. Курту, во всяком случае. Он повалился на кровать, с удовольствием зарывшись носом в подушку, и ощутил, как прогибается кровать под весом Блейна. Губы Андерсона ласково прошлись по шее Курта, и тот довольно выдохнул. Пожалуй, это было отличным пожеланием на ночь. Однако в следующую секунду Курт внезапно понял, что Блейн на этом пожелании останавливаться не собирается. Его теплый язык оставил после себя влажную дорожку. Губы вновь принялись выцеловывать узоры, уже на спине, там, где выступали косточки позвоночника. Курт уткнулся горящим лбом в сомкнутые руки и вздрогнул, когда ладонь Блейна легла ему на бедро, пусть и скрытое брюками. Где-то в районе грудной клетки, а еще в паху поднимались волны жара и пламя, но что-то не давало этому пламени разгореться, как следует. Хаотичное «а что если?» тревожно звенело в голове, отвлекало тело, мешало открыться. И Курт не видел ни единого способа бороться с этими отголосками паники. А что если…? Любые разумные доводы испарялись, едва встретившись с этими строгими разумными словами. И Курта начинало преследовать ощущение, что все было не так. Неправильно. Стоило Блейну сунуть руку ему в штаны, как он уверенно перевернулся на спину, после чего сел на край кровати. Блейн выглядел словно нашкодивший щенок.
- Нет, Блейн, - отчетливо произнес Курт.
Он ожидал привычной реакции Блейна. Виноватого выражения, досады или, на худой конец, усталых вздохов. Однако Блейн сердито смял в руке уголок одеяла и сверкнул глазами.
- Курт, мне показалось, что мы оба решили начать полноценные отношения.
Его тон не понравился Курту. Вызывающий и разочарованный, словно Курт был виноват в том, что не смог сделать еще одного шага вперед. Это было совершенно неоправданно и очень нечестно – опускать такие комментарии, и Курт, поддавшись моменту, зло скривил губы. Он смутно понимал, что разговор в ресторане убедил Блейна в том, что он двигается в верном направлении, но Курт этой уверенности не разделял.
- По-твоему, это так просто?
- Нет, но ты мог, хотя бы, сделать усилие… - заметил Блейн. Курт возмущенно выдохнул.
- Хочешь сказать, я недостаточно стараюсь?
- Я не это имел ввиду, Курт.
- Для меня очевидно, что ты имел ввиду именно это . Так вот, хочу тебя заверить, что я стараюсь не меньше тебя, чтобы все это работало.
- Курт, я знаю,- поспешил оправдаться Блейн. – Но ты постоянно сомневаешься, а сомнениям нет места в отношениях. Я хочу, чтобы ты мне доверял.
- Доверие здесь не причем, Блейн. Мы только начали адаптироваться к происходящему, а ты уже требуешь от меня слишком многого.
- Но разве я не достаточно делаю для того, чтобы ты чувствовал себя комфортно? Чтобы ты чувствовал себя нормальным…
- И только поэтому, что я чувствую рядом с тобой себя нормальным, я должен выполнять любую твою прихоть? Что ж, я не могу перепрыгнуть через голову и сделать все так, как ты того желаешь.
- Ты не… Ты не должен. Нет, я…
- Ты не понимаешь, верно?
- Что?
- Все дело в сексе. Ты не понимаешь.
Теперь это было очевидным. Боже, и как он раньше до этого не додумался? Блейн мог читать книги и быть заботливым столько, сколько ему вздумается, но он ни разу не пытался вникнуть в самую суть существующей проблемы. Потому что он не осознавал, насколько она серьезна. Потому что легкомысленный поверхностный Блейн, откровенно говоря, не обладал слишком большой фантазией, и представить себя на месте кого-то другого ему всегда было очень сложно. Курт не исключал возможности того, что Блейн пытался. Но без помощи самого Курта это было невозможным. И они дошли до той точки, когда начинаешь невольно понимать, как много они упустили только потому, что толком никогда об этом не говорили.
- Нет-нет, это не имеет отношения к сексу…
- Имеет. Самое прямое. Возьми в толк, Блейн. Для меня секс – это не только удовольствие. Это огромная ответственность. Ты не знаешь, что такое жить в постоянном страхе. Он незаметен на фоне ежедневных бытовых проблем, но все равно гложет тебя изнутри, каждый день, неумолимо и беспрестанно. Это часть моей жизни, Блейн. И я не хочу, чтобы этот страх стал частью и твоей жизни тоже.
- Чего ты боишься?
- Умереть, так и не пожив толком. Я мечтал о многом, но сложилось так, что обретя одни мечты, я навсегда потерял другие. Я провел пять лет как в анабиозе, и только сейчас начинаю от него просыпаться, и я хочу наверстать все упущенное, но понимаю, что все может закончиться гораздо раньше, чем я успею это сделать. Внутри меня живет бомба замедленного действия, и я в постоянном ужасе и в постоянно ожидании, что медицина, наконец, придумает действенный способ перерезать нужные провода и остановить этот тикающий механизм, который, возможно, никогда и не придет в действие. Это отвратительно чувство. Врагу не пожелаешь. А тебе, тем более, Блейн.
- Прости, - не своим голосом произнес он, смаргивая выступившие на глазах слезы. – Я не должен был… Прости.
- Ничего. Мне стоило объяснить тебе раньше. Я хочу полноценные отношения. Ты даже не представляешь, как для меня это важно, чувствовать себя, наконец, нужным. Снова, несмотря ни на что. Но часы внутри меня не замолкают ни на секунду и постоянно напоминают о том, что ты может пострадать от них.
- И что же нам делать? – опечаленно поинтересовался Блейн. Курт придвинулся ближе, чтобы взять его за руку и переплести их пальцы.
- Я думаю, оптимально будет установить правила.
- Что ж, это вариант. И какие же правила?
Курт на мгновение задумался, затем, несмотря на порозовевшие щеки, произнес:
- Никакого пьяного секса. Никакого секса без защиты. И никакого орального секса, - он смущенно замолк, прокашлялся и закончил чуть более уверенно. – Пожалуй, это главное.
- Звучит как «никого секса вообще», - с шутливой угрюмостью произнес Блейн, и Курт, тихо рассмеявшись, ткнул его в плечо. Вопрос на данный момент можно было считать исчерпанным. Блейн притянул его к себе, и они вместе пристроились на горе подушек. Рука Блейна гладила Курта по волосам, и последний лениво подумал, что, наверное, сегодня можно обойтись и без вечернего душа. А еще среди вялых мыслей отчетливо горела одна старая, которая раздражала, словно заноза. Почему он никогда не боялся близости с Сент-Джеймсом, но с таким трудом преодолевает расстояние между собой и Блейном?
- Дай мне немного времени, - произнес Курт, не задумываясь. Кажется, он обращался к своему собственному усталому мозгу, нежели к Блейну. Все верно, ему нужно было время, чтобы разложить по полочках неспокойные хаотичные размышления.
- Я тебя хочу, - прошептал Андресон, касаясь губами виска Курта. Тот шикнул на него.
- Ты не делаешь это проще.
- Просто чтобы ты знал.
- Я знаю, Блейн. Я знаю.

__________________________________________

Курт заранее предсказал весь разговор с Рейчел до мелочей. Это не составило большого труда, за его плечами был многолетний опыт общения с Берри. Однако оказалось, что и он мог ошибаться. Рейчел долго пыталась избавиться от навязчивых парней (Блейн сегодня решительно составил ему компанию), а затем, уперев руки в бока, сверкнула глазами. Ее бирюзовое-вырви-глаз платье было мятым и смотрелось не на своем месте. Волосы взъерошились, руки дрожали. Курт как-то успел подзабыть, что гордое звание Королевы Драмы принадлежало здесь не ему, а ей. И Рейчел изо всех сил его оправдывала. Потому что глаза были красными, пусть она и словом не обмолвилась о причине слез.
- Это не подлежит обсуждению. Все решено, и вы только делаете из себя идиотов, пытаясь меня отговорить.
- Но Рейчел, зачем так скоро? – мягко осведомился Блейн. – В прошлый раз все закончилось не слишком весело. Будет обидно, если снова что-то пойдет не так.
Рейчел надула губки. Со стороны Блейна было невежливо напоминать о неудачном инциденте со свадьбой в муниципалитете Лаймы. Впрочем, до свадьбы дело так и не дошло. А вскоре Рейчел и Финн расстались из-за «непримиримых противоречий», как любила повторять Берри. На языке Курта это звучало как «из-за неискореняемого эгоизма Рейчел и непроходимой тупости Финна», но ни Рейчел, ни Финну данное определение, почему-то, не нравилось.
- Жизнь слишком коротка.
- В прошлый раз ты тоже это говорила, - напомнил ей Курт.
- Да, но в прошлый раз она была длинней почти на десять лет, - сердито отозвалась Рейчел. Курт вздохнул.
- Резонно.
Честно говоря, никакого энтузиазма от своей благородной миссии по спасению Берри он уже не испытывал. Потому что Рейчел упорно не хотела спасаться, потому что его собственные поступки не приносили никаких плодов, и заканчивались одинаково – ссорами и недомолвками. Их с Рейчел история оказалась такой же нудной и надоевшей, как история Финчел. Свадьба Рейчел и Сент-Джеймса отвлекала его от собственных проблем, мешала сосредоточиться на том, что действительно имело значение. Он пытался. Во всяком случае, он мог утешить себя именно этим. Он действительно пытался, но, видимо не судьба. Если Рейчел так отчаянно хотела быть несчастной с Джесси… Что ж, для Курта пришло время поднять белый флаг. Это решение пришло к нему неожиданно. Когда долго сидишь над не решаемой математической задачей, устаешь, теряешь фокус, но достаточно отвлечься на что-то другое, как алгоритм нужных действий приходит к тебе сам. Курт задумчиво потер переносицу. Рейчел, не мигая, смотрела на него, в ожидании новых аргументов. Но их не было. В самом деле, вся его теория о несчастливом браке упиралась в один простой факт – в то, что Джесси спал с ним, Куртом, и по-хорошему Курту стоило в этом признаться Берри. Но их отношения с Сент-Джеймсом исчерпали себя уже давно, и, наверное, вся проблема в целом тоже. Если Джесси когда-нибудь хватит смелости, он расскажет об этом сам. А пока Курту просто хотелось остаться в стороне, махая своим флагом и надеясь, что эта безумная пара не втянет его в новые неприятности.
- Ладно. Тогда как насчет того, чтобы я помог с организацией?
Глаза Рейчел округлились. Блейн, не веря собственным ушам, мгновенно повернулся к Курту и принялся хватать ртом воздух, словно подыскивая слова.
- И что, никаких больше возражений? – недоверчиво спросила девушка. Курт пожал плечами.
- Никаких. Мне надоело. Не имею никакого права мешать тебе быть несчастной. Так, что, вперед и песней под венец, только потом не жалуйся, окей?
Она коротко рассмеялась, затем неловко его обняла. Это было легко. Очень. Рейчел будто бы и ждала от него этих слов. Курт погладил ее по голове. Он уже отвык от ее объятий, но они, как всегда, были родными и
теплыми.



- Спасибо. Но… что заставило тебя передумать?
Курт не торопился с ответом. А потом сказал правду. Ну, или часть ее, ту, которой мог поделиться.

You can have the love you need to live/Ты можешь иметь любовь, необходимую для жизни
But if you look for truthfulness/Но если ты ищешь верность,
You might just as well be blind/Ты наверняка можешь и не увидеть,
It always seems to be so hard to give/Её всегда оказывается так трудно дарить.


- Потому что я знаю, что такое сорванная свадьба.
Блейн отвел глаза в сторону, явно решив, что это был тонкий намек на его глупость, совершенную в прошлом, но Курт даже не намеревался его обидеть.
- И еще я хочу уделять больше времени нашим с Блейном отношениям. Так что, прости, подруга, но мне банально не до тебя. Только не рыдай, окей? Я понимаю, терять своего самого большого фаната – это очень грустно, - улыбнулся он с долей иронии. Рейчел непонимающе моргнула. Затем вопросительно указала на Блейна пальцем. Курт кивнул.
- Так вы… вместе?
Ох. Только сейчас до Курта дошло, что он даже не потрудился рассказать Рейчел об этом раньше.
- Ага.
- Это… - девушка на мгновение утратила дар речи, потом звонко чмокнула его в щеку, а секундой позже повисла на Блейне. – Я так за вас рада.
- Охотно верю, - кивнул Курт. – Так, что насчет организации? Встретимся у меня дома, чтобы обсудить это?
- Конечно.
- И еще я хочу поговорить с Джесси. Ты не против?
- Он будет рад узнать, что ты одумался, - заверила его Рейчел.
- Тогда жду вас завтра в четыре. Блейн?
- Я в это время не смогу, - с облегчением произнес Блейн, что не сильно удивило Курта. Пусть тот и был профессионалом по части организации различных мероприятий, но зато моментально испарялся в неизвестном направлении, когда дело касалось свадеб. Он явно испытывая суеверный ужас перед Куртом, который превращался в сгусток неиссякаемой энергии. Курт показал ему язык, затем вновь повернулся к Рейчел.

Honesty is such a lonely word/Честность - это такое далёкое слово
Everyone is so untrue/Все такие неискренние
Honesty is hardly ever heard/Искренность трудно даже расслышать
And mostly what I need from you/И это то, чего мне нужно от тебя.


- Я немного опоздаю, - предупредила его девушка.
- Ничего страшного.
Она улыбнулась, затем, спохватившись, глянула на часы.
- У нас еще есть пять минут перерыва, думаю, я прямо сейчас позвоню Джесси. Позвоню и вернусь.
Она махнула рукой и умчалась в свою гримерку, а Курт глядел ей вслед и чувствовал неожиданное удовлетворение, словно сделал то, на что так долго не решался. Теперь было свободнее, словно груз, давящий на плечи, исчез.
- Уделить внимание нашим отношениям? – улыбнулся Блейн. Его руки обхватили Курта за талию, и тот довольно прижался спиной к чужой груди. Дыхание Блейна обжигало правое ухо.
- Да, - уверенно произнес Хаммел. – Давно нужно было. Я беспокоюсь за Рейчел, но, откровенно говоря, не мне решать, за кого ей выходить замуж.
- Не знаю, - протянул Блейн. – Это сложно. Честно, не хотелось бы мне оказаться на твоем месте.
- Ну, еще бы. Какой идиот захочет оказаться на моем месте. Врагу не пожелаешь такой подруги и такого бойфренда.
- Эй, ты меня обижаешь, - шутливо возмутился Блейн, покачивая Курта из стороны в стороны и ласково целуя его в шею. Тот тихо рассмеялся, затем ловко развернулся в его руках, оказавшись лицом к лицу к Андерсону. Тот провел пальцами по щеке Хаммела, его лицо светилось от радости. И Курту казалось, что, в общем, ничего не изменилось с самого колледжа. Как ни крути, а они все равно пришли к единому результату.

All I want is someone to believe/Мне нужен лишь человек, которому можно верить

- Так, а что ты будешь делать завтра в четыре?
- Договариваться с директором шоу Микки Ларсена, чтобы одна симпатичная задница дала у него интервью, в преддверии грядущего мюзикла.
- Симпатичная задница тебе очень благодарна, - фыркнул Курт, потянувшись за поцелуем. Блейн с готовностью ответил, но быстро отстранился.
- Ты действительно не против их свадьбы?
- Ой, мне кажется, мы с этим закончили.
- И все же? Я думал, ты недолюбливаешь Джесси.
- Недолюбливаю – мягко сказано, - неохотно признался Курт.
- Почему? Он что-то сделал тебе?
Курт поджал губы. Это была не его тайна. Он не имел права говорить. И все же что-то похожее на чувство вины шевельнулось в его груди.
- Еще со школы повелось, - уклончиво ответил он. – Ничего интересного.
Курт не заметил промелькнувшего в глаза Блейна разочарования, будто тот ждал совсем другого ответа.
- Тебе он тоже не нравится, верно? – уточнил Хаммел.
- Сложно сказать. Он странный.
- Он пытался меня убедить в том, что, якобы, ты неспроста появился в нашей компании. И просил держаться от тебя подальше. Ну не идиот ли? – ухмыльнулся Курт. Блейн улыбнулся и крепко обнял парня, чтобы тот не видел выражения его лица. Как много знал Джесси? Как много сказала ему Рейчел? Можно ли было полностью положиться на ее слово? Блейн понятия не имел.
- Идиот, - с трудом выдавил Андерсон из себя. – Конечно, идиот.
- Вот и я так думаю. Но и черт с ним. Пусть теперь Рейчел с ним нянчится.
- Я все слышала, - голос девушки звонко прозвучал где-то рядом, и Курт поморщился, демонстративно потирая ухо.
- Джесси будет у тебя завтра в четыре. Я на полчаса опоздаю, но постараюсь приехать как можно скорее.

Anyone can comfort me/Любая может утешить меня
With promises again/своими постоянными обещаниями
I know/Я знаю


- Хорошо. Извини, нам пора возвращаться на репетицию, - последние слова были адресованы Блейну, который с неохотой выпустил Курта из объятия. Они стояли сейчас на широкой террасе, прямо напротив репетиционного зала, где в течение года актеры изучали хореографию. Терраса была украшена невысокими деревьями и горшками с цветами, и воздух был наполнен сладковатым запахом фиалок. Отсюда открывался замечательный вид на маленькую улочку, на другой стороне которой, всего лишь метрах в пяти от здания театра, красовался ресторан, фасад которого был украшен в традиционном греческом стиле. Чуть левее располагалось несколько офисных зданий. Они возвышались над остальными и, полностью застекленные, переливались на солнце голубым и синим. Блейн несколько долгих мгновений, прищурив глаза, разглядывал солнечных зайчиков, мелькающих на стекле, затем кивнул.
- Увидимся вечером.
Они обменялись коротким поцелуем, и Рейчел, взяв Курта под руку, потянула его обратно в зал. На полпути она запнулась, затем, хлопнув себя по лбу, обратилась к другу в спешке.
- Я сейчас вернусь. Совсем забыла Блейну напомнить о Дне Рождения Элис.
- С каких пор он с ней знаком? – изумился Курт.
- Он же часто бывает здесь. Обычно, пока ты переодеваешься и собираешь вещи, он болтает с ней.
- Ну, дела, мне надо внимательнее следить за своим бойфрендом, - пробурчал Курт. Рейчел, звонко рассмеялась, сжала его руку и умчалась обратно.
Курт, чуть помедлив, мотнул головой и, чувствуя непривычную легкость, с улыбкой вернулся к коллегам по мюзиклу. Тем временем, Рейчел на всех порах неслась к выходу, надеясь, что Блейн еще не ушел. К счастью, она успела перехватить его в самых дверях.

But when I want sincerity/Но когда мне нужна откровенность
Tell me where else can I turn/Скажи, куда ещё я могу обратиться?
Because you're the one that I depend upon/Потому что ты единственная, на кого я рассчитываю!


- Рейч?
- Уф, - девушка попыталась отдышаться. – Этот театр в три раза больше, чем может показаться.
- Могла бы просто позвонить.
- Он от тебя ни на шаг не отходит. Или ты от него, - пробурчала она. – Когда ты собирался сказать, что вы вместе?
- Прости, вылетело из головы. Было много сложностей.
- Курт вообще сам по себе одна большая сложность, ни разу не замечал? – фыркнула она. Блейн предпочел промолчать.
- Ты сказал ему? Об аварии? – прошептала она, оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто их не подслушивает. Блейн угрюмо покачал головой. Она сжала край рукава его рубашки и подошла ближе.
- Но все еще собираешься?
- Да.
Рейчел отстранилась и отступила на шаг. Вид у нее был печальный.
- Мы действительно не знаем, к чему это может привести, Блейн. Ты сильно рискуешь. Вы так далеко продвинулись… Он продвинулся. Я уже не надеялась, что он сможет вернуться к нормальной жизни. Я не хочу ничего портить.
- Я тоже. Но я должен, понимаешь?
- Понимаю, - вздохнула она. – Мне надо идти.
- Погоди, ты не говорила Джесси?
- О чем?
- О болезни Курта? И обо всем остальном.
- Нет, конечно, - повела Рейчел плечом. – Его не стоит в это впутывать.
- Хорошо.
- А ты? – задала встречный вопрос Рейчел, с той же тревогой, что отчетливо слышалась в голосе Блейна. – Ты не узнал, что у него происходит с Джесси? Он ничего не говорил?
- Нет. Нет, Рейчел, ничего.

Honesty is such a lonely word/Честность - это такое далёкое слово

Даже если она и заподозрила его во лжи, то не подала виду. Лишь кивнула и, не говоря больше ни слова, развернулась. Блейн не стал провожать ее взглядом и поторопился поскорее покинуть здание. Где-то позади него слышалось гулкое эхо стучащих по полу каблуков. 
___________________________________________

Джесси не имел привычки опаздывать. Звонок разнесся по тихому коридору, когда часы пробили ровно четыре, словно Сент-Джеймс только этого и ждал, надеясь сделать свое появление эффектным. Тем не менее, его взгляд был, как всегда, суров, и он явно чувствовал себя не в своей тарелке, проходя в знакомую кухню. Курт молчал. Тишину разбавлял диктор новостей, энергично рассказывающий об очередном грядущем конце света, да мерно гудящая кофеварка. Сент-Джеймс неохотно стащил с себя куртку, понимая, что задержится здесь надолго. К тому же, в комнате было слишком тепло. Весна уже вступила в свои права, яркое солнце проникало в помещение сквозь тонкие тюли, и все вокруг сияло золотом так, что приходилось щуриться и часто моргать. Сполоснув три чашки, с расчетом на Рейчел, Курт, не произнеся ни слова, поставил их на стол. Ему не нужно было задавать вопросов. Он прекрасно знал, что Джесси предпочитает крепкий со сливками, а Рейчел с недавних пор пила один зеленый чай, поддавшись влиянию рекламы. Курт понятия не имел, действительно ли зеленый чай был лучшим антиоксидантом, но от одного вида желтоватого напитка его воротило, и он всегда вставал на сторону Блейна и Сент-Джеймса. Джесси сейчас сидел неестественно прямо, стреляя глазами по сторонам, будто ожидая нападения. Кажется, заверениям Рейчел он ничуть не поверил, и Курт мог его понять. Плеснув горячей воды в кружку, он устало вздохнул и слегка навалился на противоположный край стола.
- Расслабься,- не выдержав, буркнул он, когда Джесси поднял на него тревожный взгляд. Простой совет не дал результатов, и Курту пришлось сесть рядом с Джесси на свободный стул и окинуть молодого мужчину проникновенным взглядом.
- Я не собираюсь на тебя бросаться, окей? Никаких истерик, ссор или выяснения отношений.
Джесси подозрительно прищурился.
- Что тебе нужно?
- Мне нужно помочь вам с организацией. На вас двоих в таких вопросах рассчитывать не приходится, - отозвался Курт невозмутимо. Сент-Джеймс уставился в дымящую кружку, затем пробарабанил пальцами по столу.
- Ты слишком быстро передумал, нет?
- Считаешь? Радоваться должен, что я не стал трепать тебе нервы еще несколько месяцев подряд, - огрызнулся Курт, затем добавил чуть спокойнее, - Знаю, ты мне все равно не поверишь, но это уже не мои проблемы. Я всего лишь делаю то, что должен.
Сент-Джеймс не торопился отвечать, и комната вновь погрузилась в уютную тишину. Курт прислонился к стене, следя за движением длинной стрелки на часах. Торопить Джесси не хотелось. Не хотелось говорить, объяснять, доказывать что-либо, казавшееся ему очевидным. Но он не удержался от небольшой шпильки, только ради маленького удовольствия.
- Но это не значит, что я тебя не считаю полным идиотом, - заверил он Джесси с усмешкой. Сент-Джеймс хмыкнул в ответ.
- Конечно, - согласился он, а потом посерьезнел. – Переубеждать в обратном не стану. Не собираюсь тратить время на столь пустое занятие.
- Вот и не трать. Все равно не переубедишь. Я до конца жизни буду считать тебя худшей пассией для нее. Но я так же не собираюсь всю жизнь вправлять ей мозги. Я не виноват, что у нее склонность к таким парням, как ты. Или Финн.
Сент-Джеймс оскалился, услышав сравнение со своим старым недругом, но предпочел не комментировать.
- Если она считает меня достойным роли ее мужа, значит, я достоин.
- Угу, - равнодушно бросил Курт, всем своим видом показывая, что он на самом деле думает про Рейчел и ее критерии отбора. Сент-Джеймс обиженно втянул воздух сквозь зубы.
- То, что ты считаешь меня самовлюбленным идиотом, еще не значит, что я такой на самом деле.



- Может, и нет. Но есть один неоспоримый факт, который значит для всех одно и то же, под каким углом ни глянь. Ты изменял ей. Ты ходил налево, направо, к мальчикам или девочкам, уж не знаю, но если ты делал это до свадьбы, значит, будешь это делать и в браке/ А это уже, Джесси, преступления разной тяжести.

It's probably what's best for you/Вероятно, так лучше для тебя undefined
I only want the best for you/Я всегда хотела лучшего для тебя undefined
And if I'm not the best then you're stuck/И если я не самая лучшая, тогда ты ошибся.


Во время короткой обличительной речи на лице Джесси не промелькнуло ни тени раздражения или злости. Он казался растерянным. Растерянным и искренне удивленным, и Курт невольно нахмурился. Не такой реакции он ждал. Чего угодно, но только не этого.
- Я не ходил налево и направо, - тихо произнес Сент-Джеймс. Курт громко фыркнул, но Джесси не дал ему возможности что-либо сказать. – Я не ходил.

I tried to sever ties and/Я пыталась порвать с тобой
I ended up with wounds to bind/В итоге лишь ранила себя
Like you're pouring salt in my cuts/Словно ты сыплешь соль на мои раны


Он казался по-детски обиженным. Настолько, что у Курта невольно зародились определенные сомнения. Некоторое время он сознательно с ними боролся, списав все на хорошую игру Джесси и на собственную чувствительность, но проиграл, когда Сент-Джеймс поднял на него глаза.
- Ты был единственным, с кем я ей изменял. Не обвиняй меня в том, чего я не делал.
Курт во всей мере ощутил возникшую между ними неловкость. Подразумевалось, что они уже все выяснили между собой. Они были врагами, пусть и в весьма искаженном смысле, и это их вполне устраивало. Признания Сент-Джеймса были последней вещью, которую Курт хотел бы сейчас услышать. Он нервно провел языком по пересохшим губам, не зная, что сказать, затем неуверенно произнес:
- И, тем не менее, ты изменял.
- Сложно сказать.
- Сложно сказать? – возмутился Курт. – Ты спал со мной за ее спиной, и этого, по-твоему, недостаточно, чтобы называться изменой?
Сент-Джеймс отвернулся, уставившись в окно, а Курт устало уронил голову на сцепленные ладони. Запутался. Опять. Он терпеть не мог это ощущение. Ощущение, будто что-то ускользает от тебя, и ты никак не можешь достаточно разогнаться, чтобы поймать это неведомое «что-то». Курт не хотел вникать в творящиеся в голове Сент-Джеймса мысли. Это не предвещало ничего хорошего. Уинстон Черчилль сказал однажды, что лучший способ испортить отношения – это начать их выяснять, и Курт не мог согласиться больше. Он боялся сделать неправильный шаг прямо перед финишем, которым, несомненно, являлась свадьба.

Even though I know what's wrong/Хотя, я знаю, что случилось
How could I be so sure/Как я могла быть настолько уверенной, если
If you never say what you feel, feel/Ты никогда не говорил о своих чувствах


- Как я могу назвать это изменой, если даже не знаю, кому и с кем изменял?
Курт нервно сглотнул, но Джесси безжалостно продолжил. Его голос был холоден и неприятно резал слух.
- Ей с тобой или тебе с ней? И как после этого утверждать, изменял я или нет?
- Не… - Курт сердито сжал пальцами край рукава своей рубашки. – Не стоит, окей? У тебя свадьба на носу. Пожалуйста, не усложняй то, что и так кажется сложным.
- После свадьбы у меня уже точно не будет никакого права этого говорить, - холодно заметил Джесси. – Так что заткнись и слушай. Ты хорошо устроился, верно? Вносишь смуту в чужие умы и живешь припеваючи, делаешь, что хочешь и не несешь за это никакой ответственности. Но я тоже живой человек, и иногда мне хочется взять что-нибудь тяжелое и хорошенько тебя долбануть, чтобы ты, наконец, понял. Или себя, чтобы держать язык за зубами и, как ты верно сказал, ничего не усложнять.
- Джесс, - Курт впервые за очень долгое время назвал «домашнее» имя Сент-Джеймса. Оно невольно сорвалось с языка, и было поздно метаться, поэтому Курт лишь умоляюще промямлил, – не надо.
- Не надо было врываться в мою жизнь, - процедил сквозь зубы Сент-Джеймс. – Вот чего не надо было делать. Через четыре дня свадьба, и после этого мы окажется по разные стороны баррикады, так что, я имею права исповедаться напоследок. Я делаю это в последний раз. В последний, Курт, только для себя, и после этого мы с тобой никогда не заговорим о том, что между нами было. Слышишь? Обещай мне.

Please don't get my hopes up/Прошу, не дай мне потерять надежду
No, no, baby, tell me/Нет, нет, милый, скажи мне
How could you be so cruel?/Как ты мог быть таким жестоким?


Курт сглотнул подступивший к горлу комок и медленно кивнул. Что такое говорил Джесси? Он никак не мог взять в толк. А Сент-Джеймс, не обращая внимания на потерявшего фокус Курта, придвинулся ближе. Совсем близко. Его губы были сухими и горячими. Курт уже успел отвыкнуть от их силы и грубости, и поначалу испытал жуткий дискомфорт. Это было не то, чего он хотел. Это было не то, ради чего он, черт возьми, старался. Когда все успело перевернуться с ног на голову и вернуться к исходной точке? Одной секунды оказалось достаточно, чтобы все усилия пошли коту под хвост. Одного движения оказалось достаточно, чтобы все испортить окончательно и бесповоротно. Курт держался за стол не потому, что дрожали коленки или кружилась голова. Ему было неудобно, когда губы Сент-Джеймса почти насиловали его собственные. Это был прощальный подарок, и мысль об этом заставляла Курта держаться до последнего. Колено между ног он воспринял как еще одно неприятное обстоятельство, но Джесси, обхватив спинку стула рукой, прижимался к нему, и убежать не было никакой возможности. Это длилось слишком долго. Курт отсчитал целых три минуты, бесконечных три минуты и таких же нескончаемых двадцать шесть секунд.

Baby, I just ran out of band-aids/У меня просто закончились бинты, и
I don't even know where to start/Я не знаю, с чего начать, потому что
'Cause you can bandage the damage/Ты можешь перебинтовать мои раны,
You never really can fix a heart/Но ты никогда не сможешь починить сердце


Их прервал судорожный вздох. Джесси, может, и не обратил бы никакого внимания на посторонний звук, но Курт, чей слух был напряжен, моментально уперся в грудь парня руками, и только тогда Джесси отстранился, заподозрив неладное. Их лица были похожи на зеркальное отражение друг друга. На них читался совершенный ужас, и с огромным трудом парни заставили себя одновременно повернуть головы. Они готовы были… Нет, они умоляли про себя все высшие силы, существующие и несуществующие, не устраивать им западню. Этого не должно было произойти, не должно было. Но удача лишь горько улыбнулась в ответ на их мольбы. Ее время истекло. Им стоило об этом подумать раньше.

You never really can fix a heart/Но ты никогда не сможешь починить сердце

До того, как на пороге кухни появилась Рейчел, бледная как полотно, дрожащей рукой державшаяся за косяк двери, чтобы не потерять сознание.

@темы: NC-17, Klaine, Glee, Fix you, fanfiction

URL
Комментарии
2012-04-21 в 19:20 

angel_v_kedax
О боже!!!
Я прочитала все на одном дыхании!! И все еще под впечатлением!!! ААА!!! ЭТО ВАУ!!!!
Сначала разговор Купа и Блейна, затем понимание про Блейна и ВИЧ, затем счаааастье Блейн и Курт!! Затем снова шок, чтото про аварию и мне реально страшно... а затем еще и Рейчел увидела Курта с Джесси!!!
СПАСИБО ЗА 2 ВЕЛИКОЛЕПНЫЕ ГЛАВЫ!!!
Уже умираю от любопытства что же там за дела с Блейном, что там будет дальше с Рейчел, как она это переживет и как Курт со всем этим разбираться, потому что еще одну проблему с Блейном у него появилась..

2012-04-22 в 20:54 

AnnHate
Heart's A Mess
Это просто... шедевр.
Я прочла еще Вконтакте, но так долго отходила от впечатления...)
Джессиииии :heart: Я почему-то всегда надеялась на что-то подобное, но с ХЭ для Клейна.
но - Джесс, - Курт впервые за очень долгое время назвал «домашнее» имя Сент-Джеймса. Оно невольно сорвалось с языка, и было поздно метаться, поэтому Курт лишь умоляюще промямлил, – не надо.
и я такая :weep3:

Блейн темнит, и как я поняла, это он причастен к аварии с Бертом... ну посмотрим, что из этого получится)
Конец просто ШОК!
Давно пора бы Рейчел открыть глаза, но это все так... круто. Все, больше не в состоянии писать) Просто, я в восторге.

Спасибо за главы!

2012-04-22 в 20:54 

Littel_Lemur
Читаю и мне как то очень очень обидно. А обидно мне потому что всегда хотелось чтобы Блейн был чем то светлым в жизни Курта. А вот сейчас получается что он тоже что то скрывает и недоговаривает.
Курта очень жалко(((

Спасибо вам ромашечка за это произведение)С нетерпением жду продолжения!!!

   

Oh my Grilled Cheesus!

главная